Суббота, 06.03.2021, 17:39
Приветствую Вас Гость | RSS

Твой сайт


Миниатюры [20]
Короткие эро-порно рассказы.
С Т Е К Л Я Н Н А Я Д В Е Р Ь [13]
Холостяк [6]

Форма входа

Меню сайта

Информация: Зарегистрированные пользователи не видят надоедливой рекламы и не вводят коды к сообщениям

Наш опрос

Какой антивирус вы используете?
Всего ответов: 336

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама
правила размещения
Впусти меня / Let Me In Двойной капец Американец (2010) Адская поездка (2008) зеркала грузовик Двойник / Duplicate Большой переполох Дюплекс 2003 Доярка из Хацапетовки Волшебник / Jaadugar ВЛАСТЕЛИН КОЛЕЦ 2 Бернард / Bernard Без вины виноватые «Ревизор» Всё в жизни бывает Голая правда (2009) больше Дочь якудзы Даже не думай 2 если не ты? Блондинка в нокауте В тюрьме Зачем мы женимся снова? В постели с дьяволом Благочестивая Марта Балансирующий на канате впритык дикий дикий Вест Видок Агора гладиатор Замерзшие белый шум Белый шум 2: Сияние Один дома-2 блеф Дневной дозор Дорога на Арлингтон День сурка Елена Троянская Законопослушный гражданин Гостья из будущего девять 16 желаний Бриллиантовая рука Джентельмены удачи 12 стульев Вокруг света за 80 дней Господин Никто дом Аватар/Avatar 2012 Черная книга Запах женщины гнев Девочка по вызову Ешь The Talented Mr.Ripley This Sporting Life девочка Белый шквал Конец света библия война 2012 года бандиты Водный мир живой товар Затаившиеся женщина Астрал / Insidious Большой выстрел Забери мою душу вкус ночи Вход в пустоту Бомж с дробовиком Зелёный Шершень Алкоголь-яд дар

Библиотека

Главная » Статьи » Эротические рассказы » Миниатюры

Армейская история (продолжение)

6. Таня сидела в своем кабинете и грустно смотрела в окно. На улице только что прошел весенний дождик, текли ручьи и солнце отражалось в лужах. На деревьях начали распускаться первые листочки, весело щебетали птицы, радуясь теплым дням, но Тане было не до весеннего настроения. Все ее мысли были поглощены происшедшим. Девятьсот рублей! Просто непостижимо! Ее рассудок отказывался верить в сущность произошедшего. Казалось, что это произошло не с ней, что такое в принципе невозможно - залететь на такую крупную сумму. Порой казалось, что все это кошмарный сон и что скорое пробуждение вернет ее снова в беззаботную жизнь с ее спокойной работой, домашними делами, не обремененными тяжкими мыслями и весенним настроением в волнительном предчувствии прогулки с каким-нибудь из своих поклонников по городскому парку. Когда комиссия обнаружила пропажу, составила акт и понесла его на подпись к Бондареву, она еще не отдавала себе отчета в серьезности ЧП думала, что это какое-то недоразумение, что в ближайший день-два все уладится, станет на свои места, что всего лишь произошла какая-то ошибка, и даже не удосужилась пойти к Бондареву вместе с комиссией. Подумаешь, ошиблись! Пустяки! Лишь когда на ее столе ронзительно зазвонил телефон и майор строго приказал ей тотчас же явиться к нему на ковер, в Танино сердце закралась смутная тревога. И только после того, как они с Бондаревым, подняв все документы с начала года, действительно не досчитались материалов и запчастей на 875 рублей, у Тани потемнело в глазах и она поняла, почему так быстро ушла Валентина Прокофьевна, передав в ее неопытные руки разворованный склад. Паршивая сволочь, ворюга, старая стерва! У Тани на глаза накатили слезы, к горлу подступил комок. Она всхлипнула и, закусив платок, уставилась в окно и беззвучно заплакала. Да, стерва Валентина Прокофьевна, ничего не скажешь! Чтоб ей пусто было и на том, и на этом свете! Но и она, Таня, тоже хороша. Ей вспомнилось, как она подписывала ведомости и акты приема-передачи склада и даже не удосужилась проверить, все ли наименования, перечисленные в описи, соответствуют истине - положилась на людскую честность и порядочность. Дура и только! Ведь наверняка, если бы она удосужилась столь же скрупулезно, как и комиссия, подсчитать все запчасти, то обнаружила бы недостачу еще в первые же дни и либо не приняла бы эти чертовы склады, либо по горячим следам вывела бы Бомбу на чистую воду. А теперь ищи-свищи спустя два месяца, концов не найдешь. Что же, сама виновата! А теперь где она возьмет эти девятьсот рублей со своей сторублевой зарплатой? Будет работать год бесплатно? Но Бондарев поставил срок до 9 мая. Просить у родителей-пенсионеров? Или занять у кого-нибудь? Да кто даст такую сумму? Таню душили слезы... Стук в дверь вывел ее из оцепенения. Она вытерла глаза платком и потянулась в ящик письменного стола за маникюрницей. Стук повторился. Кто же это такой настойчивый? -Подождите минуту!- крикнула она, подводя тенями веки, и спустя минуту сказала: -Войдите! На пороге появился Самин. Он вошел, держа по своему обыкновению руки в карманах. -Здрастуй, Танющя!- Самин дружелюбно улыбнулся. -Здравствуй, Самин,- холодно ответила Таня, -что случилось? -Да так, проходиль мимо, думаю - зайду, узнаю - как поживаещь, как настроенье... Она даже не пригласила его присесть. Она вообще не хотела никого видеть, а этого узбека тем более. Что ему сейчас нужно от нее? Пришел опять пялиться на нее, на ее ноги в колготках и на грудь? И еще вздумал на нервах играть, спрашивая про настроение? К горлу подкатила злоба. Что же, она устроит этому чурбану скандал! -Ты только за этим и пришел?- еле сдерживаясь от злости, спросила она. -Зе чем - за этим?... -За тем, чтобы спросить, какое у меня настроение?- Таня испытующе взглянула на него. -Да нэт...,- Самин замялся, чувствуя, как наступает неловкая пауза. -А за чем тогда? -Да так, хотель узнать, как нащи деля с ревизьей? Щьто там с моим склядом, а, Таня? -Будто тебе самому неизвестно! Если у тебя нет больше никаких вопросов, то свободен...- Таня развернулась к окну, давая понять, что не намерена разговаривать с Самином. -Можьет, тэбе чем-нибудь помочь? Таня развернулась на каблуках. -Иди, Самин, без тебя тошно!- почти выкрикнула она, сжав кулаки. -Тощно, гаварищь, а можьет все-таки пагаварим, а? -Вон! Пошел вон!! Ее крик хлестнул по ушам, от неожиданности Самин отпрянул и чуть не присел. Испугавшись, как бы она незапустила в него графином, Самин нащупал за спиной ручку двери, готовясь к отступлению. Однако до атаки дело пока не дошло. Но Таня стояла, вне себя смотря на него, как раненая пантера перед последним прыжком, говоря всем своим видом, что еще одно слово, и Самину будет худо. Он первый раз видел ее такой и понял, что шутки плохи. -Зря ты так, Танющя,- выдохнул Самин, поворачиваясь к двери. -Я не щучу, а па-настъящему магу тэбе памочь, а ти как злой кощка. Ну и вилезай сама! И он вышел. То ли нотки человеческого сожаления, мелькнувшие в его голосе, то ли небольшая психологическая разрядка, а может просто и слабая надежда, словно соломинка для утопающего, вдруг словно встряхнула Таню. Что-то ей подсказало, что именно в этом узбеке кроется выход из создавшейся ситуации. Она подбежала к двери и выскочила в коридор. Самин уже подходил к лестничной площадке. -Самин, вернись!- позвала Таня и он тотчас же развернулся и пошел обратно, как будто ждал этого. -Зайди сюда. Самин прошел в кабинет. -Что ты имеешь в виду?- спросила Таня, присаживаясь на стул. -Я хачу сказать, щто магу тэбе помочь. -В каком смысле? -У меня есть немного денег, я бы мог дать тэбе взаймы? -Эх, Самин...Самин,- Таня впервые ему улыбнулась, иронически, горестно, но все-таки улыбнулась, от чего он затрепетал. -Да ты хоть знаешь, какая сумма мне нужна, чтобы расквитаться за эту пропажу? Ты хоть имеешь представление о ней? -Нэт, нэ знаю,- не моргнув глазом соврал Самин. -Сколко ти дольжна? -Ни много - ни мало, девятьсот рублей,- выдохнула Таня, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы. -Да, силно много,- задумчиво произнес Самин и запустил руку во внутренний карман гимнастерки. -Вот, пасматри! И, вытащив из кармана целую кипу измятых банкнот, он стал их пересчитывать. У Тани захватило дух. По этой куче денег нельзя было сказать, сколько в ней точно рублей, но одно она поняла - ей бы этого хватило для покрытия недостачи. В этой куче пятидесятирублевые купюры были в беспорядке перемешаны с двадцатипятирублевками, червонцами, трояками, пятерками и просто рублями. Они были какие новенькие, какие мятые и старые, но это были деньги и в них сейчас крылось ее душевное равновесие, благополучие и спокойствие. Неужели Самин действительно решил отдать ей все это! -Но подожди,- растерянно запинаясь от такой неожиданности, произнесла она. -Постой, Самин. Ты что же, в самом деле хочешь мне все это отдать? -Не все, а толко то, сколко тэбе нужьно,- и, отсчитав девятьсот рублей, он потряс ими в воздухе. -Ты не шутишь? -Я же сказаль, нэ щучу. Таня не верила в происходящее. Теперь эта счастливая реальность казалась сном. Она как завороженная смотрела на Самина, который за эти минуты из плюгавого узбека-чурбана так сильно поднялся в ее глазах, что она уже благовеяла перед ним. Беда стремительно откатывалась назад, в прошлое, утупая место благополучию. От волнения она захотела пить, подошла к шкафчику, где стоял графин, налила в стакан воды и принялась тянуть ее. И не замечала, как жадно пялиться на нее, на высокую грудь, на стройные ноги в телесных колготках и в туфлях Самин. Минуту царило молчание. Когда волнение схлынуло, она вдруг осознала, что это всего лишь долг, который она должна будет вернуть. И от этой мысли вновь вернулась тоска. Где она возьмет такую сумму потом, чтобы рассчитаться с Самином? -Но...Самин, я даже не могу сказать, когда верну тебе эти деньги. -А мнэ их нэ надо отдавать, Танющя,- ухмыльнулся Самин. -Ты же не хочешь сказать, что отдаешь их мне безвозмездно? -Канещна нэт. -Но как же тогда...,- начала было Таня, но тут же запнулась. Только сейчас она увидела алчный блеск в глазах узбека, услышала его похотливое сопение, а когда окинула его взглядом, то заметила, что он не держит руки в карманах и что ниже пояса у него из штанов выпирает большая шишка, словно стремясь разорвать ширинку. Таня поняла все. -Мне не нужьны эти деньги, Таня,продолжил Самин задыхаясь от волнения. -Я хачу за это толко...толко...патрахать тэбя,- выдохнул он наконец. -Что-о?!- Тане в голову ударило бешенство. -Что ты сказал?! -Я хачу трахнуть тэбя,- твердо повторил Самин и, чтобы опередить непредвиденный ход событий, пошел в наступление. -У тэбя нэт другова вихода, Таня. -Вон отсюда! -Харащо-харащо, я пайду, а ти падумай, как следует,- и, спрятав деньги в карман, Самин удалился. Таня плюхнулась на диван. Такого исхода дела она никак не ожидала. Счастливый случай, словно вспышка молнии, на мгновение озарил мрак событий последних дней, и моментально угас, снвоа уступив место непроглядной темноте в своем будущем. Она была готова на все, чтобы ежемесячно отчислять Самину какую-то определенную сумму от зарплаты, устроиться на смежную работу, перезанять в конце концов, чтобы как можно скорее расчитаться с этим солдатом, но только не к такой развязке. А ему оказывается вовсе не нужна ее мзда, ему нужно нечто большее - ее покорность в его грязных лапах. Господи, неужели и впрямь придется отдаться ему? Таня подошла к столу, глотнула воды прямо из графина, затем села за стол. Мысли из разброда стали выстраиваться в стройную цепочку. Ах как не хватало ей сейчас этих Саминовых денег! Подумать только, завтра она пошла бы в бухгалтерию, отдала бы их - и дело с концом. Гора с плеч. И работа сохранилась бы, и конец всем печалям, и, может быть в будущем представилась бы возможность на холдную голову отыскать Валентину Прокофьевну и взыскат с нее... А может действительно трахнуться с этим толстым узбеком, предварительно взяв с него аванс? Полчаса позора - и все позади! Ведь еще не поздно позвонить ему. Она на минуту представила себе всю процедуру торговли своим телом Самину и ее передернуло от отвращения. Ей был с первых минут знакомства неприятен этот узбек, ибо она сразу заметила, как алчно он пялился на нее, пожирая глазами ее стройную фигуру и ноги в колготках. Она сразу усекла, что ему надо! В нем за километр была видна похотливая натура и когда он заходил к ней в кабинет и, причмокивая губами, с акцентом просил объяснить какую-нибудь тонкость складского учета, она прекрасно понимала, зачем он хочет видеть ее, но по долгу службы объясняла Самину то, что он знал получше нее. Потом ее эта политика стала забавлять, ибо она видела, как он мучается от своей страсти, и представляла, как он дрочит на складе. Не давая ему и прикоснуться к себе и отвергая все его приглашения на чай и на прогулку в увольнения, она внимательно наблюдала за Самином и для Тани это было настоящей потехой, бесплатным цирком. Она даже как-то рассказала об этом прапорщику Новикову, зная, что этот здоровый полуграмотный салдафон взревнует ее, и не ошиблась. Прапор пообещал упрятать Самина на губу, но пока ограничился только взбучкой на КПП. После случая на КПП, когда Самин полез откровенно лапать ее, он ей просто опротивел. Если до этого инцидента она чувствовала к нему просто неприязнь, то теперь не могла видеть его (если бы она еще узнала, что он подсматривал за ней через окно ее дома, то вообще наверное сгорела бы со стыда и ярости!). Она решила отомстить ему за наглость своей же сексуальностью. Зная по опыту о том, что почти все мужики фетишисты и убедившись, что Самин тоже не равнодушен к ее ножкам в нейлоновых колготках, она стала дразнить его, то как бы невзначай задрав юбку и выставив ногу на его обозрение, то расстегнув буговицу блузки и давая возможность заглянуть в заветный вырез на груди. Она знала, что рядовой Садыков сечет все эти тонкости и мучается от похоти. Ей доставляло удовольствие наблюдать его бессилие завладеть ею. Кто-бы мог подумать, что судьба распорядиттся столь жестоко! Перед Таней снова встал образ майора Бондарева и его предостережение передать акт в прокуратуру. Это пойдут допросы, протоколы, переживания... Да стоит ли женская честь таких душевных мук? Таня невольно потянулась к телефону и набрала номер саминового склада... 7. Самин отошел от охватившего его во время разговора с Татьяной волнения только на складе. Пока он шел от ее кабинета до дверей склада, у него едва не подкашивались ноги, а когда открывал дверь, то долго не мог попасть ключем в замочную скважину - столь велико было нервное напряжение во время этих переговоров. После того, как Таня весьма круто выставила его из кабинета, он пожалел, что так быстро сказал ей о своем условии. Как бы не болтонула кому эта девчонка о его сбережениях, о которых он не рассказывал даже лучшим друзьям. Начальсво мигом устроит шмон на его складе. Эх, надо было как-то похитрее говорить с ней, намеками дать ей понять о своих намерениях, чтобы Таня сама предложила себя, а он выложил все напрямоту. А что если она в этот самый момент "стучит" обо всем Бондареву или, чего доброго, Новикову? Самин стал думать о том, куда бы, пока не поздно, перепрятать деньги. Пронзительно зазвонил телефон. Самин несколько секунд колебался - поднимать-не поднимать трубку, может его уже вызывают на ковер по поводу происшедшего? Нет его - и все тут! Быстрей перепрятывать деньги! Но куда? Телефон звонил, не переставая, нудно и настойчиво. Да кто же это его хочет достать? Самин быстро вынул из сейфа все оставшиеся купюры, засунул их в сапог и поднял трубку. - Склад запчасти. Рядовой Садыков слющает,- привычно отрапортовал неизвестному собеседнику Самин. - Самин, это я,- Танин голос был обреченно печален. - А, это ты, Таня, какие дела?- у Самина перехватило дыхание. - Самин, я...я согласна, зайди ко мне. - Иду. Самин положил трубку и упал на стул. Ну, наконец-то! Значит он все верно рассчитал! Душа ликовала в радостном похотливом волнении! Член в брюках подпрыгнул и приятно загудел! Это была уже не нудная мучительная страсть, а чувтво предвкушения высшего наслаждения, которое он вскоре получит. О, как же он будет смаковать этот момент! Через десять минут, все еще по привычке держа руки в карманах, он зашел в Танин кабинет. Татьяна стояла у окна, опираясь о подоконник. Когда он вошел, она повернулась к двери, прошла на диван, села и заложила ногу на ногу. Короткая юбка приоткрыла край перехода полутонов на телесных колготках. Самин услышал тонкое шипение нейлона и член напрягся в неимоверном усилии. - Ну и каковы твои условия?- тихо спросила Таня. - Условия, гаварищь,- Самин на минуту задумался. -Давай так. По пятьдесят рублей за один час. - Восемнадцать раз подряд?!- ужаснулась Таня. - Да. - Да ты совсем обнаглел, Самин. Вот что ты меня ценишь - в пятьдесят рублей? Сотня за один раз - на меньше! - Хе-хе, Танющя. Ти наверно меня за дурачка считаещь? Кто же тебе даст сто рублей за час? Дороговато! А пятьдесят рублей ты считаешь нормально? Да пошел ты знаешь куда? - У тэбя нэт другова вихода, Таня. Соглящайся на пятьдесят - и деньга твой,- Самин запустил руку в карман брюк, вытащил сумму и потряс ей в воздухе. - Ну вот что делец!- Таня решила пойти в наступление. - Мне надоела вся эта канитель. Думаешь загнать меня в угол - не выйдет. Если ты и впредь будешь так дешево ценить меня, то я сейчас же позвоню майору Бондареву и скажу ему обо всем и о твоих бешеных капиталах тоже. Пусть он потрудится узнать у тебя - откуда у тебя такая большая сумма при скудной солдатской зарплате семь рублей в месяц? Так что вместе с тобой в прокуратуру пойдем,- и Таня быстро встала с дивана, подошла к двери и закрыла ее на ключ. -Ну что, звонить?- она подняла трубку внутреннего телефона. Этого Самин никак не ожидал. Он знал Таню и понял, что ее решительность не оставляет сомнений. Дело грозилось принять скверный оборот. Надо было уступить. - Харащо, Танюща. Ни твой, ни мой семьдесят пять рубль за час. Таня пытливо посмотрела на Самина. Что ж, это не пятьдесят рублей. Конечно и не сто, но все же ей удалось выторговать хотя бы в полтора раза. Двенадцать раз трахнуться с этим похотливым узбеком за девять сотен пожалуй можно. - Ладно, будь по твоему, итого двенадцать часов. Самин передал Тане заветную сумму. Они тут же написала на листе бумаги расписку, согласно которой обязалась вернуть по частям Самину долг, заверила ее своей подписью и закрепила печатью. - Ну что, пощьли?- Самин обнял ее за плечи одной рукой, а вторую положил на талию и, проведя по попке, с удовлетворением отметил, что не нащупал резинки от трусов. Колготки, как всегда, надеты на голое тело! Великолепно! Таня слабо попыталась отстраниться, но не смогла. Да это было излишне - все равно скоро она будет на время принадлежать ему. - Ты хочешь прямо сейчас, уже?- тихо спросила она. - Канещна, и сейчас тоже. Я хачу этого давно. - Какой ты прыткий! Сначала ты мне напиши расписку, что принял часть долга. - Харащо, сдэлаем. Они оформили соответствующую бумагу. - Теперь идем, я уже не могу тэрпеть, во мне сперма литра три накопилься. Они вышли на улицу и пошли на склад. Таня шла впереди, Самин на пару шагов отставал. Он шел и любовался ее стройной фигурой, пожирая ее похотливым взглядом. Ножки, обтянутые колготками, выстукивали высокими каблучками дробь на асфальте. О, аллах, благодарность тебе за этот лакомый кусочек! Неужели минут через двадцать он будет щупать эти ножки, а затем снимет эти телесные колготки с них! Просто не верится... Самин привычно открыл ключом висячий замок и, отворив дверь склада, пропустил Таню вперед. Затем затворил за собой дверь и задвинул тяжелый засов. Теперь никто не мог проникнуть в его обитель. - Ну и где мы будем?- спросила Таня. - Пойдем мой каптерка. Они прошли через складское помещение, обходя разложенные на полу коробки передач, мосты, карданные валы и прочие автомобильные принадлежности. В самом дальнем углу Самин отодвинул в сторону прислоненные к стене ЗИЛовские облицовки и открыл потайную дверь своей спальни. Когда он ввернул слабую лампочку, Татьяна при тусклом интимном свете увидела тесную каморку размером два метра на полтора с топчаном, покрытым полосатым солдатским матрацем, тумбочкой и стареньким стулом. На стенах висели вырезанные из журналов фотографии красоток в купальниках, каких-то артистов, животных. Она покосилась на потертый засаленнный матрац и пожелела о том, что не догадалась захватить с собой свой плащ для подстилки за неимением простыни. Она обязательно примет душ после того, как выйдет отсюда. - Ну что, Танюща, начнем?- и Самин, похотливо раздувая ноздри, потянул воздух. Таня молча расстегнула пуговицы кожаной куртки, сняла ее м положила на стул. Затем принялась расстегивать легкую черную блузку, но Самин, схватив ее за руку, остановил. - Падажьди, дальще я тэбя раздэну сам. - Ах, не надо, Самин, позволь мне раздеться самой,- тихо взмолилась она, но он положил руку на ее грудь. - Этот час ти принадлежищь мне, время пощло. Она покорилась. Да и зачем было сопротивляться, раз она продает ему себя? Самин вовсю отдался сладострастным ощущениям. Сколько раз он дрочил в этой каптерке, любуясь сначала фотографиями красоток на стенах, а в последнее время представляя образ той, которую сейчас лапал руками. Сколько раз во время экстаза зажмуривал глаза и тяжело дыша, видел ее в нейлоновых коричневых колготках на голое тело, как в ее комнате в том памятный стриптиз-вечер. И столько же раз кончал на стену напротив, вместо того, чтобы кончать в ее влагалище, хотя бы даже в презерватив. Наконец-то сегодня его член получит настоящий кайф! - А ну-ка повернысь, вот так,- он развернул Таню и расстегнул сзади молнию на юбке. Затем опустил руки еще ниже, пока под ланонями не ощутил слегка шероховатый теплый нейлон. О, Татьяна, если бы ты знала, чего стоит это ощущение, когда ощупываешь колготки на твоих бедрах! Кровь моментально ударила в напрягшийся член Самина и запульсировала в нем. Он испугался даже, что кончит прежде, чем разденет ее. Но ему удалось сдержать себя. На секунду задержав руки на Таниных бедрах, он стал снимать с нее юбку через голову, так как она это проделывала у себя в комнате тогда вечером. Выше...еще выше, под ладонями тонко шипит нейлон телесных колготок, пульсом отдаваясь в члене. Вот руки нащупали полоску перехода полутонов и Самин простонал от наслаждения. Он задержал на мгновение руки на этой полосочке, проведя вдоль нее по бедрам, затем аккуратно стянул с Тани юбку. Прикосновение к ее колготкам разволновало его и он даже был вынужден прерваться на минуту, чтобы отдышаться передтем, как продолжить этот наиприятнейший стриптиз. Восстановив дыхание, он усадил Таню рядом с собой на топчан и принялся расстегивать пуговицы на полупрозрачной черной блузке. Первая, вторая, третья сверху...Самин обнажил ее красивые плечи и по мере расстегивания пуговиц все более и более стаскивал блузку. Он старался не торопиться, медленно растягивая удовольствие, но поневоле действовал суетливо и нервно, до того не терпелось ему раздеть Таню догола. Поэтому блузку он стащил с нее быстро и, бросив ее на спинку стула к юбке, принялся за черный кружевной лифчик. Бюстгальтер не задержался долго на высокой таниной груди. Расстегнув спереди его крючок, Самин отбросил лифчик в сторону и, не удержавшись от стона наслаждения, сжал обеими руками мягкие и нежные танины груди и принялся мять их, одновременно притягивая девушку к себе и пытаясь поймать губами ее губы. Вскоре это ему удалось и он впился в Таню так, словно желал ее проглотить вместе с колготками и туфлями. Теперь можно было вволю предаться истинному наслаждению фетишиста. На Тане не было никакой одежды кроме нейлоновых колготок и туфель на высоких каблуках. Самин не торопился снимать колготки с нее, а сидел рядом, молча сопел и в экстазе пожирал девушку глазами и лапал ее руками. Он не мог налюбоваться на нее, пытаясь запомнить каждую складку нежной кожи, не мог нащупаться ладонями, лапая ими то бедра, то талию, то проводя по просвечивающимся сквоь нейлон волоскам влагалища, то гладя грудь. Вся накопившаяся за месяцы знакомства с Таней похотливая энергия теперь вырвалась наружу и этот поток не иссякал, а становился все мощнее и громаднее. Подумать только, наконец осуществилась его мечта и красивая, сексуальная, нежная Таня, одетая в одни колготки на голое тело, принадлежит ему и будет принадлежать еще свыше получаса. Самин, хватит смаковать, давай быстрее приступай к делу,- задыхаясь от неприятного волнения, прошептала Таня. Для нее было мучительно противно и невыносимо терпеть прикосновения его рук и она мечтала о том моменте, когда он кончит. - Куда ти так торопищься, Танюща?- причмокивая и похотливо осклабившись, спросил Самин и взглянул на часы,- еще польчаса у меня впэрэди.

- Я уже устала, Самин, от этого массажа, давай кончай быстрее. - Я так дольго жьдаль этого мамента, а ти хочещь, щьтобы я бистрее кончиль. Падажьди ужь, я так люблу снимать с женщинь чульки. Ти, Таня, просто прэлесть, и чульки тваи тоже. - Это не чулки, это колготки. - Чульки - кольготки, какой разница? - Разница есть. - Ну так расскажи, чем отличаются чульки от кольготок. - Будто ты не знаешь. - Канещна нэт,- и Самин в который раз провел рукой от коленки по бедру до влагалища и далее по талии, он жаждал послушать. - Ну смотри,- Таня положила ногу на ногу и провела по ней рукой. - Чулки заканчиваются вот здесь,- она провела пальцем по полоске перехода полутонов,- а колготки продолжаются дальше на талию, словно брюки. В этом их преимущество перед чулками, так как с чулками нужно обязательно надевать и резинки или подтягивать их к трусам. Колготки же сами как трусы и чулки одновременно. Их поэтому даже вообще можно носить без трусов. - Тперь поняль,- Самин руками погладил Танины бедра, наслаждаясь шероховатостью теплого нейлона, и, задыхаясь от волнения, шепотом повторил: -Чульки заканчиваются вот здэсь, а кольготки продольжяются вот сюда,- он провел ладонями по переходу полутонов, затем повел выше, погладил влагалище и остановился на талии. - А там, где дольжьны заканчиваться чульки, на кольготках идут вот эти круги, да?- и он снова в который раз пощупал переход полутонов. - Ну да,- также тихо ответила Таня. - А ти никогда не одеваещь трусы под кольготки? - Нет, это излишне. Быстрее приступай к делу, Самин. Сейчас, падажьди немного, дай пощупать кольготки. Обожяю кольготки,- и он вновь с похотливым сопением принялся лапать ее от высокой груди до колен, стараясь не пропустить ни сантиметра ее тела.- Меня так восхищает прелэсть тваего тела, Танюща, особенна в кольготках. Однако время уже поджимало. В конце концов Самин встал, торопливо стянул с себя гимнастерку, снял сапоги и затем брюки с трусами. Таня увидела его огромный член, стоявший чуть ли не вертикально и ее передернуло от мысли, что сейчас эта палка будет елозить в ней. Самин натянул было презерватив, но Таня остановила его. - Не надо, сейчас можно без него, терпеть не могу эту резину. - О, так еще лючще,Самин протащился от мысли, что будет трахаться без кондома. Дверь в каптерку была приоткрыта и в щель проглядывало окно окно склада с невымытым мутным стеклом. Боясь, чтобы никто не подсмотрел, Таня встала, прошла к двери и прикрыла ее. Самин же восхитился той грациозности, с которой она проплыла эти несколько метров на своих каблуках. Он не удержался и подошел к ней. Куда ти пощьла, ну куда ти пощьла,- сбивчиво проговорил он, развернул к себе, крепко прижал ее грудь к своей, и, проведя руками по спине, остановился на обтянутой колготками попке и слегка шлепнул по ней ладонями. От неожиданности Таня резко дернулась вперед и его член уперся в ее лобок, слегка проехался по нему, ощущая нейлон. Таня пошевелила ногами и Самин услышал его шипение. Он был на вершине блаженства! Он усадил ее на топчан, затем провел руками по правому бедру, беззвучно показывая, что нужно приподнять ногу, снял туфлю. Затем то же самое проделал с левой ногой. Он в точности следовал тому, что в течение этих месяцев рисовал в этой каптерке в своих онанистских фантазиях. После он провел руками по талии и остановился на груди, говоря, что нужно встать, и когда Таня встала, то неторопливо принялся снимать с нее колготки, стараясь пощупать ее влагалище. Наконец она была голая. -Ложись,- он показал на топчан и она покорно легла, раздвинув ноги. Самин лег сверху, почувствоал, как его соски прижались к ее груди. Напрягшийся член благодаря смазке вазелином как по маслу вошел в Таню. Она издала в этот момент слабый стон, от чего он испытал неимоверное наслаждение. Полежав так на ней с минуту, ощутив в полной мере свой член в ее теле, он принялся медленно-медленно, смакуя каждое движение, дрочить в ее влагалище - вверх...вниз, вверх...вниз. - Самин, нельзя ли побыстрее?тяжело вздохнув, прошептала Таня. Ей было невыразимо омерзительно чувствовать в себе его длинный член, слышать похотливое сопение в такт медленным движениям его таза, ощущать, как его руки лапают ее тело и она желала одного - чтобы он скорей кончил и оставил ее в покое, по крайней мере до следующего раза. Но не тут-то было... - Зачем бистрее, Таня?- находясь в экстазе, размеренно совершая каждое движение, отрешенно проговорил Самин. Куда ти торопищься? Еще есть время. Прошла еще несколько минут наслаждения для Самина. Член приятно гудел, елозя во влагалище Тани, Самин вожделенно ощущал, как пульсирует в нем кровь. Он мог бы конечно делать быстрые движения, но не хотел, ибо понимал, что так скоро кончит и не успеет в полной мере вкусить все сладострастие этого первого траханья с Таней, которого он ждал, кажется, всю жизнь. Сколько раз он рисовал в этой каптерке эту картину, дроча левой рукой, и когда кончал, то горестно вздыхал оттого, что кончал на пол или на стену. Сколько раз мучился страстью, пялясь на Таню в короткой юбке и в колготках. Эти колготки были черные, телесные, коричневые, его член бился при виде Тани в бессильной неудовлетворенности, готов был выскочить из брюк - так хотелось если не раздеть девушку, то хотя бы задрать ей юбку и щупать эти ножки, эту миниатюрную попку, гладить талию. Но она была недосягаема, неподступна как лакомый кусок мяса для изголодавшегося пса, который держат дальше его цепочки. А после подсматривания в окно, когда он впервые видел Таню в колготках на голое тело, он вообще потерял покой. Одно только воспоминание об этом стриптизе отдавалось гудением промеж ног и топорщило ширинку брюк. И после всего этого он должен делать быстрее? Чтобы быстрее кончить? Ну нет, красотка! Дай же вволю покайфовать на тебе. И он продолжал, сопя в такт движениям, медленно и размеренно поднимать и опускать свой таз, с каждым разом глубоко всовывая внутрь Тани член - вверх...вниз, вверх...вниз, вверх...вниз. - Самин, долго еще?- немного погодя спросила Таня. - Да-а-а,- едва слышно выдохнул из себя Самин, в очередной раз медленно засовывая свою гудящую палку внутрь. - Ах, как приятно, Танюща. О, как харащо-о-о! Таня вздохнула и издала слабый стон. О, сколько сладости Самин ощутил, услышав это тихое постанывание. Ему даже показалось, что он кончает. Поэтому он на минуту остановился. - Все?спросила девушка. - Нет пока, еще не все, Танюща, сечас я...,- и он продолжил. - Ох, Самин, может быть хватит. - Пачему? - Да я устала, Самин, хватит, мне как-то неприятно. Хватит, а Самин? Он не отвечал, а продолжал также медленно дрочить в ней - вверх...вниз, вверх...вниз, вверх...вниз. Самин...,- в очередной раз попросила Таня, но он не дал договорить ей, впившись своими губами в ее в затяжном поцелуе. - Ти устала?- Самин остановился. - Ну ладно, отдихай немножько, а я пока тэбя щупать буду,- и он, не вытаскивая из нее своего члена, стал лапать ее грудь. - Самин, ну сколько можно смаковать?- задыхаясь, прошептала Таня. - Это бесполезно. Если у тебя ничего не получается, то и хватит. Вытаскивай и вставай. - Зачем витаскивать, Таня?- Самин продолжал щупать ее груди, чувствуя, как от одного только прикосновения к ним член, находящийся во влагалище Тани, словно подпрыгивает кверху. - Я еще буду продольжять. - О, господи! Хватит, Самин!Таня не знала, что эти уговоры только еще больше возбуждают его. Он, не обращая на них внимания, снова впился своими губами в Танины и продолжил вновь медленно и размеренно поднимать и опускать таз. Вверх-вниз, вверх...вниз, вверх...вниз. Член блаженствует, от него по телу разливается сладкое похотливое наслаждение. Руки щупают Танину грудь, губы ласкают ее нежное лицо, глаза, надушенные волосы. Самин тащится, вволю наслаждаясь Таниным телом. О, спасибо судьбе за эту красотку, посланную ему! Наконец член вздрогнул, стал торопливо сокращаться, Самин с силой засунул его глубоко, часто и тяжело задышал. Из его горла вырвался глубокий стон, переходящий в хрип и сильная волна сладострастия охватила его всего. Никогда он раньше не испытывал такого кайфа! Голова закружилась, в глазах потемнело, руки сжали Танины груди, губы целовали ее. Горячая, тугая струя спермы вырвалась из его палки внутрь Тани, разливая по всему телу ни с чем не сравнимое, головокружительное удовольствие. Это продолжалось считанные секунды. - Ты чудо, Таня! Я лублю тэбя!- выдохнул Самин, чувсвуя, как страсть наконец-то угасает в нем, и устало откинулся на бок. -О, какой кайф! Таня поняла, что наконец-то первая часть долга отработана. Самин лежал рядом, устало восстанавливая дыхание. Она встала, вытащила из кармана блузки предусмотрительно захваченную салфетку и протерла ей влагалище. Затем принялась натягивать колготки. Самин на несколько минут задремал. А когда очнулся, то увидел, что Таня уже полностью одетая стоит перед маленьким отбитым зеркальцем на стене и красит губы. Самин тоже оделся и взглянул на часы. Прошел ровно час с того времени, ка он вошел сюда с Таней. Страсть утихла. Давно он не испытывал такого удовлетворения, а с тех пор, как познакомился с Таней, забыл, что это такое - не хотеть женщину. Он проводил ее до входной двери, а когда она пошла по направлению к штабу, то долго смотрел ей вслед, пока ее фигурка на каблучках не скрылась за углом малярного цеха. - Жьди, Танюща, я скоро приду к тэбе,- умехась, проговорил Самин, чувствуя, как снова в нем заигрывает кровь. - Может даже через час. Но через час он крепко спал в каптерке... На следующий день похолодало. Таня пришла на работу в коричневых колготках  и в сапожках на высоком каблуке. И Самин после обеда вновь пошел к ней, чувствуя в штанах напрягшийся теплый член и предвкушая очередное наслаждение...

КОНЕЦ

Категория: Миниатюры | Добавил: Статьи (30.09.2010)
Просмотров: 825 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 3.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Сохранить

Добавь в закладки.

Поиск по сайту

Забей в поиск.


Мини-чат

200